Посреди ночи – звонок. До боли знакомый голос:
– Давно не виделись, Питирим, – с трудом шутит президент. – Соскучился. А если серьезно – нет мне покоя. Ни днем, ни ночью.
– Опять, – догадываюсь, – сны?
– Они, проклятые... В общем, так: после саммита я собираюсь отбыть из Петербурга. Приезжаю на аэродром – все оцеплено. Меня не пропускают! Недоразумение? Показываю паспорт. Лейтенантик качает головой: нельзя, операция "Заслон", меры безопасности. Я ему толкую: это же меня, меня охраняют! Нет, у него приказ, а старший отлучился. Приходит старший. Странный малый – по комплекции Устинов, но с неприметным лицом Чайки. И все снова здорово, только старший приказывает меня обыскать – может, я антиглобалист? Радикал?
– Обыскали? – шепчу пересохшими губами.
– Натурально. Ничего не нашли. Я им говорю: я же из Питера в Москву, не из Москвы в Питер! И потом, саммит уже закончился! А они: все равно нельзя, теперь тебе Питер до конца дней. Если президент, то Константиновский дворец, а если экстремист, то сейчас же в "воронок". "Президент, – уверяю, – президент!" – и бочком, бочком в сторону...
Ладно, думаю. Не все же президентским бортом по стране перемещаться. Хватаю такси и на Московский вокзал. А там милиции! Останавливают. Просят пройти. И, о чудо, в отделении при вокзале – Патрушев, лично. Я бросаюсь к нему, он, натурально, ко мне. Обнялись, как братья. Я ему: сколько может продолжаться этот кошмар? А он разом посуровел, мол, сколько угодно, тем более что у тебя, нам доподлинно известно, в левом кармане пиджака патроны, три штуки...
Как, где, какие патроны?! Тут опер лезет ко мне в карман и выгребает – они, родимые! Неужели Патрушев, дорогой мой Николай Платонович?! Смотрю на него – отводит взгляд: мол, работа такая. И тут же наручники появляются... Не вынес подобной несправедливости, проснулся...
Пауза, догадываюсь, что на том конце провода пьют воду.
– Заснул – и снова Питер! Все тот же сон! Понимаю – надо их с толку сбить, не в Москву пробиваться, а куда подальше. Лучше в Находку или Владивосток. А уже оттуда в столицу. Снова в такси – и на аэродром. И, представь, Питирим, – засекаю: идет за мой наружка!
Я ахнул.
– Беру в кассе билет до Читы – и тут подходят четверо: "Пройдемте!". Прошли – и тут же личный досмотр! Вывернул карманы, а на столе откуда ни возьмись – дорожная сумка. "Ваша?" – "Откуда!" Ухмыляются. Открывают сумку – а там какая-то штука жуткая, то ли шашка тротиловая, то ли взрывпакет. "Ага, – радуются, – подготовка теракта!" Быстро имена сообщников и заказчиков, тогда вам скидка выйдет, лет пятнадцать всего, отсидите не больше десяти.
– И снова наручники? – угадываю я.
– Слава богу, проснулся. Походил по резиденции, снова лег – опять я в граде Петровом! Заперт на стадионе имени Кирова. И делает обход губернатор, а может, директор стадиона, Валентина Ивановна Матвиенко. "Жалобы, просьбы есть?" Нельзя ли, прошу, меня отсюда выпустить? Нет, говорит, невозможно. Мы вас выпустим – а вы сразу в Москву, и на Красной площади что-нибудь учините. Типа "Путин, уйди сам!" Сидите уж здесь, а когда начнем стадион ломать, что-нибудь придумаем... Я ей: "Валя! В чем дело? Не узнаешь своего президента?" Она присмотрелась: отчего, очень даже узнаю, но долг превыше всего. И тут из моей палатки высовывается мордоворот в штатском и кричит: "Скорее сюда! Марихуана, 427 грамм!" И пакетик всем демонстрирует. "Президент, не президент, – хмурится Валентина Ивановна, – но отсюда дорога только в Кресты..." Проснулся в холодном поту. Встал, глотнул пива. И вот, тебе звоню, – в голосе президента звучит надежда и неясная просьба.
Да, с такими нервами ни о каком третьем сроке и речи быть не может! Отдых, отдых и еще раз отдых! Ну и рекомендую, чтобы мозги освободить, надо бы все этих право-левых радикалов из СИЗО на улицу выпихнуть.
Молчит президент. Понимаю: преступившие закон должны быть наказаны всенепременно. Здесь компромиссов быть не может. И вдруг слышится в трубке странный звук, будто что-то на пол упало и по полу покатилось. И – пауза. Потом снова любимый голос:
– Извини, Питирим, тут откуда-то граната под подушкой...
А потом слышу – вроде бы звонок звякает. Будто в дверь звонят. Требовательно, настойчиво и, учитывая ночное время, бесцеремонно.
– Похоже, Питирим, это за мной, – в голосе президента слышится многолетняя усталость. – Видимо, депортируют в Питер. Будешь у нас в северной столице, заходи. Не знаю куда, может, на стадион, а может... – президент осекся. – Верю в тебя. Ты отыщешь...
И гудки. С перевернутой душой прошел по дому, вышел на крыльцо. Холодно, сыро, Большой Медведицы за облаками не видно. Вернулся в спальню, заглянул под подушку. Слава богу, ничего. Лег. Но если будет сниться проклятый этот саммит, мне-то кому звонить, мне к кому обращаться?!..
Все события и персонажи являются вымыслом. Любые совпадения случайны.
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
